общественное движение

24.11.11 О «русских» чеченцах и русскоговорящих «эстонцах»

Темы: гражданская нация

Проекты: Арт-проект Виктора Бондаренко и Дмитрия Гутова «Россия для всех»

Ещё пять лет назад за рубежом насчитывалось 30 миллионов наших соотечественников. Около 20 млн из них проживали в странах СНГ и еще 10 млн — в остальном мире. МИД определял «соотечественников» как «людей, связанных с Россией этническими, культурными, историческими, духовными узами, которые испытывают потребность поддерживать контакты с исторической родиной». В любом случае, это русскоязычные, те, кто могут быть причислены к Русскому миру, независимо от своей национальности и религии. Хотя, надо полагать, этнические русские играют в Русском мире не последнюю роль.

 Федеральное правительство медленно продвигается в понимании того, чем и как помогать соотечественникам. В марте этого года учреждён Фонд поддержки и защиты их прав. Одной из инициатив стало отмечание Дня русского языка, приуроченного к дню рождения А. С. Пушкина, 6 июня. Особенно остро стоит проблема русского языка в Украине, ведь тамошнее правительство рассматривает русскоязычие как антисистемность. Сейчас русскоязычных средних школ там менее 5% от общей численности, получение высшего образования на русском языке с каждым годом всё более затрудняется и сводится на нет, дошкольное воспитание и образование на русском также находится на полулегальном положении.

 Украинскую администрацию можно понять: распространение русского языка мешает насаждению монокультурализма, которое является частью политики Киева... Но как понять «русских националистов», которые фактически выступают на её стороне?!

Один из главных принципов, который отстаивают националисты, состоит в том, что общенациональное гражданство Российской Федерации должно совпадать с этническим именем русских. Иными словами, любой гражданин Федерации, независимо от своего этнического происхождения и вероисповедания, в их проекте станет «русским». Как недавно заявил Виктор Милитарёв, «я [...]предлагаю следующую модель: русская политическая нация — для всех. Построенная на модели русского монокультурализма, при понимании того, что у нас не один народ, а много, но культура у нас одна — русская [...]. Я совершенно согласен, чтобы наши земляки и сограждане с Северного Кавказа были русскими чеченцами, русскими дагестанцами и т. д.».

Замечательно, что г-н Милитарёв согласен! Но будут ли с ним согласны «русские чеченцы», «русские удмурты» и «русские якуты»? Допустим, мнение других народов, не столь интересно для русских националистов. Однако неужто им столь же безразличны соотечественники за рубежом? Ведь введение этнонима «русский», как синонима «гражданин Российской Федерации», прежде всего, ударит по правам русской диаспоры.

В принципе, этот шаг есть то, чего добиваются страны, занимающие последовательную позицию по ограничению прав русского населения. Если, допустим, живущий в Федерации латыш станет «русским», то симметрично, русский житель Латвии становится «латышом», причём именно латышом (по имени народа), а не латвийцем (по имени страны).

Занимая пост президента, Вайра Вике-Фрейберга, недвусмысленно высказала свою рекомендацию русским, проживающим в Латвии: «Им надо [...] стать латышами: российского происхождения, но латышами. Если они хотят быть русскими — пусть едут в Россию, а если латышами — мы это только приветствуем». Эти слова г-жи Вике-Фрейберги, произнесённые в 2004 году, вызвали бурную реакцию. Подлило масла в огонь и дополнительное разъяснение, что г-жа Фрейберга ещё в 2000-м году пришла к выводу, что если говорить «латыши», то не учитываются русские и все остальные, поэтому решила изменить определение и объявила, что отныне считает латышом всякого, «кто говорит по-латышски, является гражданином Латвии и ощущает свою принадлежность к государству». Т. е. в заявлениях Фрейберги латыши, это не только этнические латыши, но «принадлежность государственного масштаба», политическая нация. Замечательно, что выбор как назвать гражданина Латвии был сделан не в пользу «латвийца», а в пользу «латыша».

Ту же картину можно наблюдать сегодня в Эстонии. Евгений Осиновский, депутат Рийгикогу от Социал-демократической партии, на вопрос «кто вы?» чётко говорит: «Я — эстонец, говорящий на обоих языках. [...] В будущем тех, кто является гражданами эстонского государства, должны воспринимать как эстонцев, независимо от того, какой язык для них родной. Но сейчас такого отношения к живущим в Эстонии нет», — честно добавляет он. Аналогичные процессы происходят в более дружественном к русскому населению Казахстане, где нет-нет, да и мелькнёт формулировка «казахи русского происхождения».

Все эти страны, разумеется, ничего нового не изобретают, лишь реанимируя дискредитировавшую себя стратегию ассимиляции иноязычного населения. Подобная политика, к примеру, в 1870-е, и в Третьем рейхе применялась германскими чиновниками по отношению к сербо-лужичанам, жившим на землях Германии. Причём, надо заметить, что в отличие от русских в Прибалтике и Казахстане, эта ветвь западного славянства была коренным населением. «Немцами, говорящими по-вендски (или по-сербски)», называли их в официальной документации, надеясь как можно скорее нивелировать этническую принадлежность лужичан.

 Чтобы окончательно закрепить процесс дерусификации в бывших республиках Союза, не хватает только внешнего импульса, исходящего со стороны самой России. Понимают ли «русские националисты», к чему приведёт то расширительно-принудительное «русское гражданство» народов Федерации, на котором с завидным упрямством настаивают? Похоже, нет. В противном случае, придётся признать, что судьба русской диаспоры (а это примерно четверть от русского населения в самой РФ) за рубежом, это явно не сфера интересов «русского национального движения».

[версия для печати]